• Галоўная
• Аб гульні
• Фотоархіў
• Цікавае
• Відэа
• Напісаць нам
• Рэйтынгі
• Форум

Майкл Рэндл 

Гражданское сопротивление и “реальная политика” 

“Винтовка рождает власть”, — гласит известный афоризм Мао Цзэдуна. В том же роде, говорят, не без остроумия высказался Сталин в ответ на предупреждения о мощном влиянии католицизма в странах Восточной Европы: сколько у Папы дивизий?”. 

Позже у Брежнева были основания с горечью вспомнить эти слова своего предшественника, когда он столкнулся с проблемой польской “Солидарности” в 1980-1981 годах. Эта проблема не исчезла и после объявления в Польше чрезвычайного положения в декабре 1981 г. и запрета “Солидарности”. Действительно, ретроспективно можно сказать, что возникновение этого движения обозначило начало заката коммунистического правления не только в Польше, но и во всех восточноевропейских государствах, а в конечном итоге — и в самом Советском Союзе. 

Впрочем, в этих своих высказываниях Сталин и Мао немного хитрили. Полагайся они на одну лишь военную мощь без всей гаммы средств внушения, манипулирования и принуждения, ни тот, ни другой не достигли бы высшего положения в своих коммунистических партиях и не сохранили бы его так надолго, заняв место в рядах самых могущественных политиков ХХ века. Не приходится, впрочем, отрицать, что насилие и угроза насилия часто играют ключевую роль во властных отношениях, особенно в отношениях между государством и гражданами, а также между государствами. Речь идет лишь о том, что, во-первых, использование силы не является единственным средством принуждения, а во-вторых, что другие факторы очень важны и порой являются определяющими. 

Отождествляя понятия власти и насилия, мы не сможем объяснить не только относительно ненасильственное падение многих диктаторских режимов — правых и левых — в последние годы, но даже и победу ряда тех восстаний и антиколониальных движений, в которых вооруженные силы действительно сыграли основную роль. Если бы власть просто “рождалась из винтовки”, очевидное в наше время превосходство государства над народом в средствах военной силы не дало бы шанса на успех ни одному народному вооруженному выступлению, а саму попытку такого выступления сделало бы безнадежной и безрассудной авантюрой. Однако восстания происходят и приводят к победе. Более того, порой именно репрессивные и авторитарные режимы оказываются особенно шаткими. Как это объяснить? 

Кратко на этот вопрос можно ответить так: сила государства определяется его способностью обеспечить верность и повиновение основных государственных институтов (армии, полиции, гражданских служб), а также наличием поддержки власти — или по крайней мере покорности — со стороны большинства населения. При прочих равных условиях, чем больше эта поддержка, чем активнее добровольное содействие населения властям, тем крепче государственная власть. Напротив, режим, который, добиваясь подневольной покорности граждан, действует в основном методами неприкрытого насилия, весьма шаток и легко может пасть именно потому, что не имеет опоры в обществе. Даже Макиавелли, родоначальник концепции “реальной политики”, писал о слабости правителей, рассчитывающих только на подавление и насилие. 

Каб прачытаць усю кнігу пампуйце яе тут. 

 Поля помеченные звездочкой обязательны для заполнения *.